А.П. Жорова


КОММУНИКАТИВНО ЗНАЧИМЫЕ ОШИБКИ,
ДОПУСКАЕМЫЕ ПРИ ВЫПОЛНЕНИИ СУБТЕСТА "ПИСЬМО" ПЕРВОГО УРОВНЯ


Под знаком * в тексте приводятся примеры, в которых сохранена орфография тестируемого.

Тестирование по РКИ проводится в российских вузах уже не первый год, и накопленный за это время опыт требует обобщения. Это особенно важно в свете того, что в области тестирования существует немало проблем, еще не решенных окончательно, к их числу следует отнести и проблему квалификации ошибок.

В статье рассматриваются коммуникативно значимые ошибки, допускаемые при выполнении субтеста "Письмо" Первого уровня. Материалом для анализа послужили работы, выполненные учащимися Центра международного образования из Китая, Южной Кореи, Вьетнама, Ирана, а также с Кипра.

При рассмотрении коммуникативно значимых ошибкок обращают на себя внимание две проблемы. Первая – это необходимость систематизации тех разнообразных явлений, которые объединяет данное понятие, а вторая – разграничение ошибок коммуникативно значимых и коммуникативно незначимых.

Действительно, ведь в практике тестирования мы сталкиваемся и с ошибками, которые многими тестирующими однозначно квалифицируются как коммуникативно значимые, и с ошибками, квалификация которых вызывает споры, и с ошибками, которые, по мнению тестирующих, допускают двоякое толкование. Поскольку тестирование, как процесс, связанный с измерением, требует точности, снова и снова возникает вопрос: на основании каких критериев следует относить ошибку к категории коммуникативно значимых или к категории коммуникативно незначимых.

На I Всероссийской научно-практической конференции, посвящённой тестированию, уже отмечалось, что "нет чёткой системы разделения ошибок по степени их коммуникативной значимости / незначимости", а также приводился пример возможной системы квалификации ошибок по шестибальной шкале, представляющей собой, как мы понимаем, шкалу возрастающей коммуникативной значимости ошибок [1, с. 108].

В настоящее время, однако, в критериях оценки выполнения заданий по письму представлено только два типа ошибок – коммуникативно значимая и коммуникативно незначимая, что, вероятно, справедливо, т.к. даже на шкале возрастающей коммуникативной значимости существует такая точка, граница, до которой правильное понимание высказывания несмотря на ошибки возможно и после которой оно не возможно.

Следует также обратить внимание на тот факт, что коммуникацию затрудняет любая ошибка – и грамматическая, и лексическая, не говоря уже о логических ошибках. Таким образом, коммуникативно значимыми следует, вероятно, считать такие ошибки, при которых коммуникация не просто затруднена, а становится невозможной.

Как реципиент может понять высказывание, содержащее ошибку? Вероятно, встречаясь с таким высказыванием, реципиент пытается соотнести его с гипотетическим правильным вариантом, который носителю языка подсказывает его языковое сознание. К непониманию, т.е. к невозможности коммуникации, приводят два случая. Во-первых, отсутствие в сознании реципиента гипотетического правильного варианта и, во-вторых, наличие нескольких его вариантов.

Обычно мы связываем коммуникативно значимые ошибки прежде всего с нарушением структуры предложения. Важно, однако, чтобы эти нарушения имели семантические последствия, т.е. чтобы отсутствовала возможность однозначного понимания высказывания реципиентом. Это происходит, в частности, при неправильном употреблении придаточных предложений, при неоправданном пропуске субъекта или объекта.

* Люди, которые занимались спортом и двигались.
* В словаре русского языка говорится, что досуг это свободное от работы время. Но и почему считает организацию досуга важной проблемой. (кто считает?)
* Если хорошо отдыхаем, у нас будет новая сила. Мы сделаем лучше. (что сделаем?)

Такие нарушения особенно часто допускаются тестируемыми при выполнении первого задания субтеста, где предлагается передать своими словами содержание статьи, приведенные примеры демонстрируют, что тестируемые не справляются с перефразированием исходного текста.

Наименее же "вредными" для понимания, а следовательно, коммуникативно незначимыми являются независимо от их количества грамматические ошибки – нарушения в области падежных форм существительных и прилагательных, форм глагола и т.д., т.к. даже при большом скоплении ошибок такого рода в пределах одного предложения носитель языка без особого труда восстанавливает правильный вариант, и смысл высказывания абсолютно прозрачен.

* В обще досуг она очень важно для наших здоровей, характер и способностей. Поэтому нам дожен хорошо организовем нашу досугу, чтобы всё хорошо.
*Хотя мы позвоню друг друга, я тоже скучаю тебя.

Однако не всегда возможно адекватное понимание фраз, содержащих грамматические ошибки. Если тестируемый заканчивает письмо фразой *с уважением вашего друга, ошибочная падежная форма препятствует пониманию того, является ли "ваш друг" подписью, либо объектом уважения.

Частотной ошибкой является мена частей речи (в особенности среди носителей китайского языка, в котором данная категория отсутствует), например, употребление существительных вместо глаголов или вместо прилагательных.

* Дорогая Катя Я надежда, что ты хорошо.
* Мы очень дружба.
* Моя бабушка не работа, отдыхает дома.
* Мы веселье семья

А также смешение разрядов местоимений.

* Пожалуйста. Ответе меня вопросов

Несмотря на то, что в приведённых примерах мы наблюдаем нарушение структуры предложения, ошибки такого типа следует квалифицировать скорее как лексические, поскольку реципиент-носитель языка, имея, в отличие от иностранца, чёткое представление о возможных вариантах структуры русского предложения, однозначно интерпретировал бы "я надежда" как "я надеюсь", "мы дружба" – как "мы дружим" и т.д. Таким образом, в данном случае речь не идёт о невозможности коммуникации, и подобные ошибки – коммуникативно незначимые.

Однако, ошибки в области лексики, даже если неправильно употреблено одно-единственное слово, могут вести к невозможности правильного понимания всего высказывания. Это происходит в следующих случаях.

Во-первых, при употреблении лексической единицы, которая отсутствует в русском языке.

*Мой отец, он врач, а моё мама, она сестра, они работают у равншая больница.
* Папа бизнесмен. А мама домохозяйка. Мама и папа - порвестика.

Во-вторых, при употреблении существующей в языке лексической единицы, но в таком контексте, где её сочетание с другими словами лишает высказывание смысла.

*Моя мама инженер, она работает в институте. Она очень удобная.
тратил русский язык, но ешё всё таки я не хорошо понимаю грамматику.
*Сейчас современный городской житель тратит мнение специалистов-социологов.
*Они любят путешествия как возрасты.
*Человеку нужно сам оказывать своё здоровье.
*Некоторые горожане любят путешествовать в море или в предметы искусства.

В указанных случаях неподготовленный реципиент не смог бы подобрать правильный вариант интерпретации высказывания, успешная коммуникация становится невозможной, и следовательно, данные ошибки – коммуникативно значимые.

Необходимо подчеркнуть, что речь идёт именно о неподготовленном реципиенте, поскольку преподаватель, имеющий опыт наблюдения ошибок китайскоговорящих учащихся, понимает, что, например, "удобная" возникает как графическое отображение неправильной фонетической интерпретации слова "добрая", т.е. данная ошибка по своей природе даже не лексическая, а фонетическая. Однако неподготовленный человек этого знать не может, и успешная коммуникация с ним становится невозможной. Таким образом, так как владение языком на определённом уровне предполагает способность к успешному общению с любыми коммуникантами, при квалификации ошибок не следует принимать в расчёт способность специалистов лучше понимать иностранцев.

Употребление несуществующих в языке слов или некорректных, с точки зрения норм русского языка, сочетаний лексических единиц может вести также и к неоднозначности толкования смысла высказывания.

*Мой папа инженер. Он мой хороший друг. Мы часто разговариваем друг друга. Он часто помогает мне делать вопросы.
*В свободное время мы обычно смотреть телевизор дома. Ниногда мы говорим о работе.

Определить, что значит "делать вопросы" - "задавать вопросы" или "отвечать на вопросы", а "ниногда" – это "иногда" или "никогда", не представляется возможным, значит, существует два равноправных варианта толкования смысла данных высказываний и можно сделать вывод, что здесь мы также имеем дело с коммуникативно значимыми ошибками.

Следует выделить группу примеров, которые демонстрируют, как в результате ошибочного словоупотребления (что может быть вызвано также и неверной фонетической интерпретацией слова со стороны тестируемого, как в первом из нижеследующих примеров) возникают высказывания, которые можно трактовать двояко: либо как содержащие ошибку, и тогда смысл будет один, либо как абсолютно корректные с точки зрения языковых норм, и тогда смысл будет совершено другой.

*В свободное время мы любим отдыхать и гулять в парке или смотреть фирмы.
* Он работает на большом заводе, где работают телефоны.

Задумаемся, какова будет тактика реципиента, столкнувшегося с таким высказыванием и пытающимся понять его смысл? Скорее всего, он выберет более вероятное значение высказывания. Действительно, теоретически можно предположить, что кто-то посвящает своё свободное время наряду с прогулками в парке также и осмотру коммерческих предприятий, но это случай исключительный. Более вероятно, что в свободное время люди гуляют и смотрят кино. Это стандартная ситуация, поэтому именно она сразу приходит в голову реципиенту. Соответственно при упоминании о заводе более вероятным является сообщение о производимой на нём продукции, а не о том, как там обстоят дела с телефонной связью.

Таким образом, стандартность одного из вариантов значений высказывания делает этот вариант более вероятным и предпочтительным при толковании высказывания реципиентом. Значит, реципиенту удаётся правильно понять подобное высказывание, коммуникация не становится невозможной, и такую ошибку не следует относить к категории коммуникативно значимых.

Интересно отметить, что аналогичный механизм в ряде случаев позволяет нам, носителям языка, различать омонимы. В нижеследующем примере, взятом также из работы тестируемого, нет никакой ошибки, т.е. данное высказывание могло бы принадлежать и носителю языка.

* Моя мама парикмахер. Она очень красивая. В свободное время она часто ходит по магазинам и покупает туалеты.

В силу чего мы понимаем, что речь идёт не о чём ином, как об одежде, если контекст прямо не указывает на это? Очевидно, именно в силу того, что ситуация покупки одежды более частотная, стандартная, и вероятность данного значения более высокая.

Как известно, для обеспечения успешной коммуникации значительную роль играет контекст, в котором появляются те или иные высказывания. В этой связи представляется целесообразным учитывать роль контекста высказывания и при квалификации ошибок, т.е. при решении вопроса о том, делает ли коммуникацию невозможной употребление таких лексических единиц, смысл которых допускает разное толкование.

* Моя мама преподавательница. Она работает в университете. Она предаёт математику.
*Пишу вам это письмо для того, чтобы преставиться и получить информацию о вашей школе.

В этих примерах мы наблюдаем, что в результате орфографической неточности (которая, в свою очередь, может иметь фонетические причины) появились лексические единицы, существующие в языке, но неуместные в данных высказываниях. Однако контекст позволяет понять, что ПРЕПОдавательница в университете именно преПОдаёт, математику, а не поступает бесчестным образом по отношению к этой науке, а человек, пишущий письмо в школу, преследует цель назвать своё имя, рассказать о себе, а не завершить жизненный процесс.

В следующем примере смешиваются глаголы провожать-проводить и проводить-провести. Несовершенный вид второго глагола расценивается тестируемым как совершенный вид первого, после чего абсолютно справедливо для данной ситуации выбирается форма несовершенного вида, и в результате этого возникает бессмысленное сочетание лексических единиц.

*Раньше люди любили гулять и по берегу реки, и по бульвару, и в парке, чтобы провожать досуги.

Однако контекст указывает на тему свободного времени и даёт возможность реципиенту соотнести "провожать досуги" с "проводить свободное время", однозначно восстановив таким образом смысл высказывания.

Существенной для понимания высказывания представляется также и ситуация общения.

*Моя семья живёт в Лимассола. Лимассола это самый красивый город в Кипр. Там я жил с вами раньше.

"С вами" – т.е. с адресатом письма или всё-таки имеется в виду "с ними", т.е. с семьёй, о которой рассказывается в письме, – непонятно. Однако, получив такое письмо в реальной жизни, адресат понял бы его смысл правильно, поскольку ему было бы известно, жил он сам вместе с автором в указаннои городе или нет. Значит, данная ошибка не представляет собой непреодолимого препятствия для коммуникации между автором и адресатом письма и не является коммуникативно значимой.

Как мы знаем, во втором задании субтеста тестируемым предлагается написать письмо личного или официального характера. Хотелось бы остановиться на ошибках, допускаемых при обращении к адресату и при завершении письма.

Текст, относящийся к данному жанру письменной речи, имеет стандартную форму. Носитель языка имеет представление как о стандартных выражениях, которые обычно используются в позициях начала и конца письма, так и о наборе коммуникативных смыслов, которые автор, как правило, выражает, начиная или заканчивая своё письмо. Следовательно, сама позиция зачастую позволяет реципиенту однозначно восстановить смысл содержащего ошибку высказывания.

* До свидания. Я живу ваш ответ.
*До свидания! Жди ответа. Твой друг…
*Очень рад, что я прочитал статью о ваших курсах. Перепешите мне, если можете. Желаю вам всего хорошего.
*Приветствовате в гости! Пока!
*Буете здоровье! До свидания
*До свидания Бутешь здоровье

Очевидно, заканчивая письмо, автор сообщает, что он ждёт ответа адресата (а не предлагает адресату ждать своего ответа), просит адресата написать ему (а не скопировать какой-то текст), приглашает адресата в гости (а не здоровается в косноязычной форме), а также желает адресату здоровья. Любопытно отметить, что один из двух последних примеров при проверке квалифицировался как коммуникативно значимая ошибка, а второй – как коммуникативно незначимая, хотя они абсолютно однотипны.

И в заключение отметим допускаемые при выполнении второго задания нарушения, которые иногда трактуются как коммуникативно значимые ошибки скорее в силу отсутствия более подходящего для них критерия оценки. Речь идёт об обращениях (ниже – второй и четвёртый примеры) и формах прощания (пятый пример), которые противоречат нормам русского речевого этикета, а также о наличии каких-либо коммуникативных смыслов, выражение которых не характерно для носителей русского языка в данных ситуациях (первый пример – мы благодарим за внимание в конце устного выступления, а не в начале письма; третий и четвёртый примеры – в официальном письме не принято выражать эмоции, в том числе желать везения, счастья и успехов).

*Уважаемый декан ЦМО: Здравствуйте декан, спасибо за внимание.
*Чтимый учитель. Здравствите.
*Ещё раз спасибо! Удивительного везения во всём!
*Дорогой ректор.Здравствуйте. (…) Мне пишите, пожалуйста. Я жду ваши ответы. Желаем вам успехов в работе, счастья. Пусть у вас всё будет хорошо! С уважением (имя)
* Уважаемый господин директор! Здравствуйте! (…) крепко целую

Напрашивается вывод, что в число критериев оценки второго задания субтеста "Письмо" следует включить такой критерий как, "нарушение норм речевого этикета", т.к. только это даст возможность правильно квалифицировать вышеуказанные отклонения.

Итак, в проанализированных примерах были представлены некоторые типы ошибок, допускаемых при выполнении субтеста "Письмо" (I уровень), существенно влияющих на коммуникацию, (огромное их количество, конечно, осталось за рамками данной статьи), а также такие ошибки, которые, в силу приведенных факторов, не создают непреодолимого препятствия для успешной коммуникации.

Нарушения структуры предложения, ошибки в области грамматики и лексики могут как оказывать существенное влияние на коммуникацию, так и не оказывать.

При отнесении ошибок к категории коммуникативно значимых представляется важным учитывать не только способность/неспособность реципиента-носителя языка, не являющегося специалистом в области РКИ, однозначно восстановить смысл искажённого высказывания, но также и то, может или не может ему в этом помочь контекст, ситуация общения, большая вероятность одного из значений высказывания, а также знание стандартной формы русских писем. Также желательно разграничивать коммуникативно значимые ошибки и нарушения норм речевого этикета, допускаемые при выполнении второго задания субтеста.

ЛИТЕРАТУРА

  1. Барышникова Е.Н., Ельникова С.И. Методика подведения итогов и критерии оценки результатов тестирования по русскому языку как иностранному. – В сб. «I Всероссийская научно-практическая конференция. Конструирование педагогических тестов по русскому языку как иностранному. Доклады и сообщения». – М., 2003